Что стоит за человеческим «не могу»
Бессилие как симптом, защита и ресурс
Курс Грани бессилия: от сниженного настроения
до клинической депрессии | Подробнее>>
Елена Потапенко
магистр психологии, экзистенциальный психотерапевт
Антон Ежов
Психиатр, психотерапевт
Краткий текстовый обзор и запись открытой лекции
до клинической депрессии | Подробнее>>
Елена Потапенко
магистр психологии, экзистенциальный психотерапевт
Антон Ежов
Психиатр, психотерапевт
Краткий текстовый обзор и запись открытой лекции
Каждый из нас хотя бы раз в жизни переживал бессилие. И каждый, кто работает в кабинете, видит его снова и снова — в голосах, позах, историях своих клиентов.
Оно приходит не сразу. Сначала — тяжесть в груди, опущенные руки, желание свернуться калачиком, спрятаться, исчезнуть. Плакать без повода. Замереть. Потом — слова: «ничего не хочу», «я больше не могу». Клиенты описывают это так, будто из тела вынули батарейки — источник питания есть, а контакта нет. Мыслей почти не остаётся, только одна, пульсирующая: «я не справляюсь».
А следом — стыд. Будто не иметь сил — личная неудача, провал, слабость, которую нельзя показывать.
Ты плохой, потому что слабый. Ты слабый, потому что не справляешься. Ты не справляешься — значит, плохой.
Круг замыкается.
Оно приходит не сразу. Сначала — тяжесть в груди, опущенные руки, желание свернуться калачиком, спрятаться, исчезнуть. Плакать без повода. Замереть. Потом — слова: «ничего не хочу», «я больше не могу». Клиенты описывают это так, будто из тела вынули батарейки — источник питания есть, а контакта нет. Мыслей почти не остаётся, только одна, пульсирующая: «я не справляюсь».
А следом — стыд. Будто не иметь сил — личная неудача, провал, слабость, которую нельзя показывать.
Ты плохой, потому что слабый. Ты слабый, потому что не справляешься. Ты не справляешься — значит, плохой.
Круг замыкается.
Смотрите видео встречи с таймлайн
Нажмите, чтобы смотреть тайм-лайн встречи
00:00 — Приветствие и тема лекции
00:03 — Феноменология бессилия: телесный опыт
00:07 — Стыд и вина за слабость
00:11 — Ситуативное бессилие: реакция на реальность
00:15 — Клиническое бессилие: депрессия
00:19 — Лень или депрессия: критерии
00:23 — Бессилие как защита и вторичная выгода
00:27 — Терапевтический миф о «просто начни»
00:31 — Тихие пожиратели ресурсов
00:35 — Хронические микротравмы и цифровая перегрузка
00:39 — Внутренние конфликты и руминации
00:43 — Выученная беспомощность: отказ пробовать
00:47 — Три опоры: целостность, реализм, относительность
00:51 — Роль терапевта: выдерживать бессилие
00:55 — Формула несчастья: итоги
00:59 — Приглашение на курс
Три лица бессилия
За одним и тем же «не могу» могут стоять разные состояния. Задача терапевта — не навесить ярлык, а развести три принципиально разные истории.
Первое — ситуативное бессилие.
Это реакция на событие, которое больше тебя. Смерть близкого, глобальные перемены, невозможность повлиять на то, что происходит вокруг. Здесь бессилие — не симптом и не защита, а адекватный ответ реальности.
Но люди редко разрешают себе его проживать. Слишком велика цена признания: «я не справляюсь». Вместо этого они продолжают долбить скалу, хотя сил уже нет. Скала не поддается, силы заканчиваются, вина растет. Терапия в этом месте часто упирается в вопрос: если я ничего не могу изменить — зачем тогда приходить?
Второе — клиническое бессилие.
Здесь «не могу» перестает быть метафорой. Депрессия — это не грусть и не упадок духа. Это состояние, при котором меняется работа нейромедиаторов, страдает нейропластичность, нарушается сон и аппетит. Человек хочет что-то делать, но не может. Буквально. Не потому, что ленится, не потому, что сопротивляется, а потому что биохимия больше не обеспечивает ему этот выбор.
Первое — ситуативное бессилие.
Это реакция на событие, которое больше тебя. Смерть близкого, глобальные перемены, невозможность повлиять на то, что происходит вокруг. Здесь бессилие — не симптом и не защита, а адекватный ответ реальности.
Но люди редко разрешают себе его проживать. Слишком велика цена признания: «я не справляюсь». Вместо этого они продолжают долбить скалу, хотя сил уже нет. Скала не поддается, силы заканчиваются, вина растет. Терапия в этом месте часто упирается в вопрос: если я ничего не могу изменить — зачем тогда приходить?
Второе — клиническое бессилие.
Здесь «не могу» перестает быть метафорой. Депрессия — это не грусть и не упадок духа. Это состояние, при котором меняется работа нейромедиаторов, страдает нейропластичность, нарушается сон и аппетит. Человек хочет что-то делать, но не может. Буквально. Не потому, что ленится, не потому, что сопротивляется, а потому что биохимия больше не обеспечивает ему этот выбор.
Вопрос из зала:
Как на приеме отличить лень от депрессии?
Ответ АНТОНА:
Если очень упростить: лень — это «могу, но не хочу». Бессилие при депрессии — это «не хочу и не могу». Лени не существует как отдельного феномена, это умная конструкция, за которой всегда стоит что-то другое. Наша задача — расшифровать это послание.
Усталость лечится переключением. Человек устал от монотонной работы — сходил на концерт, вернулся наполненный, оживший. Депрессивный пациент придет на концерт, простоит два часа и в таком же состоянии уйдет. Его ничего не трогает, ничто не отзывается. Это состояние описал еще Пушкин: «Ни сплетни света, ни бостон, ни томный вздох, ни взгляд нескромный — ничто не трогало его, не замечал он ничего».
Поэтому говорить человеку в тяжелой депрессии «просто начни делать» — бессмысленно и жестоко. Это все равно что советовать сломанной ноге «просто пойди».
Кроме того, важно различать усталость и бессилие. Усталость проходит после отдыха или смены деятельности. Хроническое истощение и депрессивное бессилие — нет. Можно спать, быть в отпуске, но внутри все равно серо и пусто.
И здесь терапевты тоже попадают в ловушку всемогущества. «Если клиент не выздоравливает — значит, я плохо работаю». Но есть состояния, где без фармакологической поддержки терапия бесполезна. Признать это — не поражение, а профессионализм.
Подробнее о диагностике и что с этим делать в терапии мы поговорим на курсе.
Курс Грани бессилия: от сниженного настроения до клинической депрессии | Подробнее>>
Усталость лечится переключением. Человек устал от монотонной работы — сходил на концерт, вернулся наполненный, оживший. Депрессивный пациент придет на концерт, простоит два часа и в таком же состоянии уйдет. Его ничего не трогает, ничто не отзывается. Это состояние описал еще Пушкин: «Ни сплетни света, ни бостон, ни томный вздох, ни взгляд нескромный — ничто не трогало его, не замечал он ничего».
Поэтому говорить человеку в тяжелой депрессии «просто начни делать» — бессмысленно и жестоко. Это все равно что советовать сломанной ноге «просто пойди».
Кроме того, важно различать усталость и бессилие. Усталость проходит после отдыха или смены деятельности. Хроническое истощение и депрессивное бессилие — нет. Можно спать, быть в отпуске, но внутри все равно серо и пусто.
И здесь терапевты тоже попадают в ловушку всемогущества. «Если клиент не выздоравливает — значит, я плохо работаю». Но есть состояния, где без фармакологической поддержки терапия бесполезна. Признать это — не поражение, а профессионализм.
Подробнее о диагностике и что с этим делать в терапии мы поговорим на курсе.
Курс Грани бессилия: от сниженного настроения до клинической депрессии | Подробнее>>
Третье — бессилие как защита.
Иногда «не могу» оказывается удобным. Оно спасает от столкновения с чем-то еще более страшным: конкуренцией, неудачей, ответственностью, жизнью, в которой нет гарантий.
Мужчина два года не мог найти работу. Квалифицированный специалист, востребованная профессия. В процессе терапии выяснилось: состояние бессилия спасало его от страха неудачи. Пока он «болен» — с него взятки гладки.
Но важно не попасть в ловушку. Не торопиться уличать клиента в манипуляции. Сначала нужно проверить: а может, он правда не может? Задача — не обвинить, а понять, какое послание несет симптом.
Иногда «не могу» оказывается удобным. Оно спасает от столкновения с чем-то еще более страшным: конкуренцией, неудачей, ответственностью, жизнью, в которой нет гарантий.
Мужчина два года не мог найти работу. Квалифицированный специалист, востребованная профессия. В процессе терапии выяснилось: состояние бессилия спасало его от страха неудачи. Пока он «болен» — с него взятки гладки.
Но важно не попасть в ловушку. Не торопиться уличать клиента в манипуляции. Сначала нужно проверить: а может, он правда не может? Задача — не обвинить, а понять, какое послание несет симптом.
Куда уходят силы: аудит тихих пожирателей
Никто не рождается бессильным. У человека есть силы на жизнь. Вопрос в том, куда они тратятся.
Хронические микротравмы. Токсичные отношения, которые невозможно закончить. Перфекционизм, не дающий права на ошибку. Затяжные конфликты, длящиеся годами. Клиентка жаловалась на полную потерю сил. Объективно: никаких катастроф, работа, семья. Но каждый вечер она два часа разговаривала по телефону с матерью, которая ее обесценивала. Она не считала это стрессом: «Это же просто мама». А ресурс утекал каждый день.
Цифровая перегрузка. Бесконечный скроллинг, создающий иллюзию отдыха. Лента новостей высасывает способность к концентрации и желание что-либо делать. Это не метафора. Это физиология.
Внутренние конфликты. «Хочу, но нельзя». «И так, и так плохо». Энергия уходит не на движение, а на удержание равновесия между двумя невозможными выборами.
Руминации. Бесконечное пережевывание одних и тех же мыслей. Попытка решить нерешаемое усилием воли.
Иногда достаточно просто провести аудит. Посмотреть, куда утекает энергия. И клиент сам удивляется: «Я трачу два часа в день на это? Но я же не считал это стрессом…»
Хронические микротравмы. Токсичные отношения, которые невозможно закончить. Перфекционизм, не дающий права на ошибку. Затяжные конфликты, длящиеся годами. Клиентка жаловалась на полную потерю сил. Объективно: никаких катастроф, работа, семья. Но каждый вечер она два часа разговаривала по телефону с матерью, которая ее обесценивала. Она не считала это стрессом: «Это же просто мама». А ресурс утекал каждый день.
Цифровая перегрузка. Бесконечный скроллинг, создающий иллюзию отдыха. Лента новостей высасывает способность к концентрации и желание что-либо делать. Это не метафора. Это физиология.
Внутренние конфликты. «Хочу, но нельзя». «И так, и так плохо». Энергия уходит не на движение, а на удержание равновесия между двумя невозможными выборами.
Руминации. Бесконечное пережевывание одних и тех же мыслей. Попытка решить нерешаемое усилием воли.
Иногда достаточно просто провести аудит. Посмотреть, куда утекает энергия. И клиент сам удивляется: «Я трачу два часа в день на это? Но я же не считал это стрессом…»
Вопрос из зала:
Как помочь клиенту, который столкнулся с тем, что нельзя изменить — смертью, травмой, непоправимым?
Ответ АНТОНА:
Здесь мы подходим к самому сложному и самому человечному в терапии. Часто люди приходят с запросом «сделайте так, чтобы этого не было». И это понятное желание. Но наша задача — не менять прошлое, а помочь разместить его в настоящем.
Когда человек встречается с тем, что нельзя изменить, у него есть выбор: замереть в этой точке навсегда или признать, что это случилось, и начать жить дальше — уже с этим опытом. Не «несмотря на», а именно «принимая во внимание».
Бессилие перед прошлым — это вход в горевание. И если дать этому месту достаточно времени и тишины, горевание трансформируется в принятие. Не в одобрение того, что случилось, а в согласие жить дальше с тем, что это было.
Когда человек встречается с тем, что нельзя изменить, у него есть выбор: замереть в этой точке навсегда или признать, что это случилось, и начать жить дальше — уже с этим опытом. Не «несмотря на», а именно «принимая во внимание».
Бессилие перед прошлым — это вход в горевание. И если дать этому месту достаточно времени и тишины, горевание трансформируется в принятие. Не в одобрение того, что случилось, а в согласие жить дальше с тем, что это было.
Три опоры в работе с бессилием
В работе с бессилием — собственным или клиентским — можно опираться на три точки.
Первая — целостность.
Нельзя игнорировать тело, эмоции или мышление. Бессилие всегда про все сразу. Опора на телесные сигналы, чувства и мысли — способ не рассыпаться самому.
Вторая — реализм.
Чем меньше очарований, тем меньше разочарований. Я не всемогущ — но я и не беспомощен. Я могу это, это и это. А это — не могу. Реалистичная оценка своих возможностей уже становится опорой.
Третья — относительность.
«Мало» — относительно чего? «Плохо» — по сравнению с кем? Когда мы распаковываем абсолютные категории, часто обнаруживается, что все не так катастрофично, как казалось.
Когда терапевт может выдержать тишину, бессилие, горевание о том, что нельзя изменить, — у клиента появляется шанс не замереть в этой точке, а двинуться дальше. Несмотря на то, что случилось. Или благодаря тому, что он это пережил.
Первая — целостность.
Нельзя игнорировать тело, эмоции или мышление. Бессилие всегда про все сразу. Опора на телесные сигналы, чувства и мысли — способ не рассыпаться самому.
Вторая — реализм.
Чем меньше очарований, тем меньше разочарований. Я не всемогущ — но я и не беспомощен. Я могу это, это и это. А это — не могу. Реалистичная оценка своих возможностей уже становится опорой.
Третья — относительность.
«Мало» — относительно чего? «Плохо» — по сравнению с кем? Когда мы распаковываем абсолютные категории, часто обнаруживается, что все не так катастрофично, как казалось.
Когда терапевт может выдержать тишину, бессилие, горевание о том, что нельзя изменить, — у клиента появляется шанс не замереть в этой точке, а двинуться дальше. Несмотря на то, что случилось. Или благодаря тому, что он это пережил.
Формула несчастья
Бессилие не имеет формулы. Но у него есть слагаемые.
Это хронические микротравмы, которые мы перестали замечать. Это внутренние конфликты, застывшие в форме «и хочется, и колется». Это цифровая перегрузка, имитирующая жизнь, но высасывающая из нее последние соки. Это выученная беспомощность, закрепившаяся после череды ударов. И это депрессия, в которой «не могу» становится не выбором, а биохимией.
Но есть и другое слагаемое — то, что делает бессилие человечным.
Когда терапевт может выдержать тишину. Когда он не спешит спасать, советовать, вытаскивать. Когда он просто остается рядом в точке, где ничего нельзя изменить, — в этот момент бессилие перестает быть приговором. Оно становится опытом. Горевание о том, что потеряно, что не сбылось, что уже не исправить, — дает место чему-то новому.
Несчастье не становится счастьем. Но оно перестает быть точкой замерзания.
И тогда у клиента появляется шанс двинуться дальше. Несмотря на то, что случилось. Или — благодаря тому, что он это пережил.
Это хронические микротравмы, которые мы перестали замечать. Это внутренние конфликты, застывшие в форме «и хочется, и колется». Это цифровая перегрузка, имитирующая жизнь, но высасывающая из нее последние соки. Это выученная беспомощность, закрепившаяся после череды ударов. И это депрессия, в которой «не могу» становится не выбором, а биохимией.
Но есть и другое слагаемое — то, что делает бессилие человечным.
Когда терапевт может выдержать тишину. Когда он не спешит спасать, советовать, вытаскивать. Когда он просто остается рядом в точке, где ничего нельзя изменить, — в этот момент бессилие перестает быть приговором. Оно становится опытом. Горевание о том, что потеряно, что не сбылось, что уже не исправить, — дает место чему-то новому.
Несчастье не становится счастьем. Но оно перестает быть точкой замерзания.
И тогда у клиента появляется шанс двинуться дальше. Несмотря на то, что случилось. Или — благодаря тому, что он это пережил.
Открытая лекция стала первым шагом. Она дала карту территории. На курсе «Грани бессилия: от сниженного настроения до клинической депрессии» начинается практическое путешествие.
Три модуля. В каждом — теория и практическая работа.
Модуль 1. Территория истощения.
Дифференциальная диагностика: где заканчивается усталость и начинается расстройство. Феноменология угасания, терапевтическая позиция, работа с сопротивлением и ресурсом. Теория + разбор кейсов.
Модуль 2. Глубина падения.
Клинические формы депрессии. Установление контакта с тем, кто утратил витальность. Работа с тяжелыми случаями. Интеграция подходов Кохута и Кернберга: когда держать, а когда конфронтировать. Теория + отработка интервенций.
Модуль 3. Путь наверх.
Углубленная работа с личностью. Завершение терапии. Профилактика рецидивов. Как помочь клиенту интериоризировать опору и уйти в самостоятельное плавание. Теория + работа с контрпереносом.
Старт курса — 27 февраля.
Бессилие перестает пугать, когда у тебя есть карта и опора.
👉 Ссылка на регистрацию
Три модуля. В каждом — теория и практическая работа.
Модуль 1. Территория истощения.
Дифференциальная диагностика: где заканчивается усталость и начинается расстройство. Феноменология угасания, терапевтическая позиция, работа с сопротивлением и ресурсом. Теория + разбор кейсов.
Модуль 2. Глубина падения.
Клинические формы депрессии. Установление контакта с тем, кто утратил витальность. Работа с тяжелыми случаями. Интеграция подходов Кохута и Кернберга: когда держать, а когда конфронтировать. Теория + отработка интервенций.
Модуль 3. Путь наверх.
Углубленная работа с личностью. Завершение терапии. Профилактика рецидивов. Как помочь клиенту интериоризировать опору и уйти в самостоятельное плавание. Теория + работа с контрпереносом.
Старт курса — 27 февраля.
Бессилие перестает пугать, когда у тебя есть карта и опора.
👉 Ссылка на регистрацию
Грани бессилия:
от сниженного настроения до клинической депрессии
Курс для психологов о спектре депрессивных состояний