Мертвая петля бессознательной коммуникации: как выйти из бесконечных жалоб
Открытая лекция в рамках курса
«Контроль, драма, самопоражение и уязвимость»
Подробности и регистрация>>
Антон Ежов, к.м.н., врач-психиатр, психотерапевт
«Контроль, драма, самопоражение и уязвимость»
Подробности и регистрация>>
Антон Ежов, к.м.н., врач-психиатр, психотерапевт
Есть клиенты, которые приходят годами с одной и той же болью. Терапевт чувствует хроническую усталость или раздражение, начинает сомневаться в своей компетентности. Антон Ежов предлагает иной взгляд: это не ваша «некомпетентность», это «мертвая петля» бессознательной коммуникации.
Терапия превращается в бег по кругу. Клиент жалуется — мы «спасаем» или тихо злимся. Как разорвать этот паттерн? Для начала — понять, как устроена жалоба как феномен.
Терапия превращается в бег по кругу. Клиент жалуется — мы «спасаем» или тихо злимся. Как разорвать этот паттерн? Для начала — понять, как устроена жалоба как феномен.
Смотрите видео встречи с таймлайн
Нажмите, чтобы смотреть тайм-лайн встречи
03:18 — Жалоба как ранняя форма коммуникации
05:42 — Доречевая жалоба: невыносимое без слов
09:46 — Магический уровень: «исправьте это»
12:03 — Хроническая жалоба и фиксация в жертве
15:30 — Треугольник Карпмана: спасатель, жертва, преследователь
37:40 — Проективная идентификация как «мертвая петля»
48:39 — Как разорвать петлю: вербализация и интеграция
Жалоба в онтогенезе: от младенческого крика к запросу
Жалоба — одна из ранних форм коммуникации, которая формируется в диаде «родитель–ребенок». В процессе развития можно выделить несколько уровней жалоб.
1. Доречевая жалоба
Самый ранний, довербальный уровень. Это недифференцированное телесно-аффективное состояние, которое младенец не может назвать словами. Родитель вынужден «контейнировать» это состояние, расшифровывать его по невербальным сигналам.
В терапии такая форма коммуникации характерна для клиентов с тяжелыми пограничными или психотическими организациями. Она проявляется в диффузном напряжении, которое трудно вербализовать, но оно сильно выматывает терапевта.
Самый ранний, довербальный уровень. Это недифференцированное телесно-аффективное состояние, которое младенец не может назвать словами. Родитель вынужден «контейнировать» это состояние, расшифровывать его по невербальным сигналам.
В терапии такая форма коммуникации характерна для клиентов с тяжелыми пограничными или психотическими организациями. Она проявляется в диффузном напряжении, которое трудно вербализовать, но оно сильно выматывает терапевта.
«Человек может даже имитировать, что всё нормально, но проблема на невербальном уровне постоянно держит вас в напряжении».
2. Магический уровень
Ребенок (или клиент) верит, что сам факт озвучивания жалобы достаточен для чудесного исправления ситуации.
«Мне плохо, сделайте так, чтобы этого не было». Здесь жалоба адресована «великому другому», который должен все исправить. Часто встречается при алекситимии, у зависимых клиентов.
3. Хроническая жалоба и фиксация в позиции жертвы
Жалоба становится устойчивым паттерном коммуникации. Человек застревает в роли жертвы, получая через жалость суррогат любви и заботы, избегая ответственности.
Это может проявляться в соматизированных жалобах: бесконечные походы по врачам, «симптом вращающихся дверей».
На курсе Антона Ежова этой теме посвящен модуль «Самопоражение».
4. Жалоба-исследование и зрелый запрос
На более зрелом уровне клиент начинает рефлексировать: «Я сам создаю эту ситуацию, я хочу понять, как я это делаю». В речи появляются высказывания от первого лица, паузы становятся рефлексивными, а энергия жалобы трансформируется в запрос.
Зрелый запрос — это не «я хочу, чтобы он изменился», а «чего я хочу от себя и какие изменения я готов в себе обнаружить».
Ребенок (или клиент) верит, что сам факт озвучивания жалобы достаточен для чудесного исправления ситуации.
«Мне плохо, сделайте так, чтобы этого не было». Здесь жалоба адресована «великому другому», который должен все исправить. Часто встречается при алекситимии, у зависимых клиентов.
3. Хроническая жалоба и фиксация в позиции жертвы
Жалоба становится устойчивым паттерном коммуникации. Человек застревает в роли жертвы, получая через жалость суррогат любви и заботы, избегая ответственности.
Это может проявляться в соматизированных жалобах: бесконечные походы по врачам, «симптом вращающихся дверей».
На курсе Антона Ежова этой теме посвящен модуль «Самопоражение».
4. Жалоба-исследование и зрелый запрос
На более зрелом уровне клиент начинает рефлексировать: «Я сам создаю эту ситуацию, я хочу понять, как я это делаю». В речи появляются высказывания от первого лица, паузы становятся рефлексивными, а энергия жалобы трансформируется в запрос.
Зрелый запрос — это не «я хочу, чтобы он изменился», а «чего я хочу от себя и какие изменения я готов в себе обнаружить».
Что на самом деле стоит за жалобами? (Разбор чата)
Антон предложил участникам вспомнить, когда они сами жаловались, и чего на самом деле хотели от собеседника. Вот несколько ответов и комментариев ведущего.
Хотелось сочувствия
Комментарий:
Жаловалась, что работала на больничном, хотелось сочувствия.
Ответ АНТОНА:
Очень важно, когда человек может вербализовать свою потребность. Если я хочу сочувствия и могу об этом сказать — это уже запрос. Проблема в том, что часто люди не осознают, чего хотят, и бессознательно давят на другого, ожидая угадывания.
Комментарий:
Жалуюсь, чтобы собеседник не думал, что я лучше него.
Ответ АНТОНА:
Это стратегия снижения агрессии. Жалоба позволяет «уменьшить» себя в глазах другого, чтобы не вызвать зависть или конкуренцию. В семьях, где есть травма «не высовывайся», это может быть интроецированной стратегией выживания.
Комментарий:
Жалуюсь, чтобы выразить себя, ничего не жду. Но при этом важно, чтобы собеседник подтвердил мое право жаловаться и сказал, если я перегибаю.
Ответ АНТОНА:
Это уже более зрелая позиция — обратная связь, совместное исследование. Когда клиент спрашивает: «Как тебе это слышится?» — это уровень рефлексии, до которого мы стремимся.
Комментарий:
Жаловалась на болеющего мужа, на самом деле хотела, чтобы он начал что-то делать со своей болезнью
Ответ АНТОНА:
Здесь скрыто переживание бессилия. Иногда мы бессознательно пытаемся вовлечь другого в коалицию, чтобы он повлиял на ситуацию. Это приглашение в треугольник Карпмана.
Комментарий:
Жалуюсь на неудачу в переговорах, чтобы бережно пережить это с собой
Ответ АНТОНА:
Жалоба может быть способом разделить трудное переживание, не требуя от собеседника действий, а просто находясь в контакте.
Треугольник Карпмана: как терапевта затягивает в драму
Антон напоминает классическую модель: жертва – преследователь – спасатель. Клиент, жалуясь, часто бессознательно приглашает терапевта в роль спасателя. Если терапевт «ведется» (начинает давать советы, спасать, злиться на преследователя), он фиксируется в этой роли.
Затем роли начинают меняться: жертва может стать преследователем («вы мне не помогаете»), а спасатель — жертвой («я выгораю»). Чтобы этого избежать, важно распознавать приглашение и не отыгрывать, а исследовать динамику.
Затем роли начинают меняться: жертва может стать преследователем («вы мне не помогаете»), а спасатель — жертвой («я выгораю»). Чтобы этого избежать, важно распознавать приглашение и не отыгрывать, а исследовать динамику.
Проективная идентификация — «мертвая петля»
Главный механизм, который превращает терапию в бег по кругу, — проективная идентификация.
В отличие от проекции (когда клиент приписывает терапевту свои чувства, но терапевт остается спокоен) или переноса (когда терапевт узнает эти чувства и может их обсудить), проективная идентификация действует иначе:
В отличие от проекции (когда клиент приписывает терапевту свои чувства, но терапевт остается спокоен) или переноса (когда терапевт узнает эти чувства и может их обсудить), проективная идентификация действует иначе:
- Клиент бессознательно эвакуирует в терапевта невыносимые переживания (стыд, ужас, пустоту, агрессию).
- Терапевт реально начинает чувствовать эти состояния (становится злым, пустым, бессильным).
- Возникает давление к действию — терапевт испытывает непреодолимое желание отреагировать: дать совет, отправить к психиатру, оборвать сессию, «заболтать» пустоту.
«Проективная идентификация — это не просто перенос, это вторжение. Клиент не говорит: “Ты злой”. Он делает так, что ты реально злишься».
Как разорвать петлю: выход через вербализацию
Чтобы выйти из «мертвой петли», терапевту необходимо:
- Осознать проективную идентификацию (по интенсивности чувств, по ощущению чуждости, по давлению к действию).
- Удержаться от отреагирования.
- Вербализовать пережитое и вернуть клиенту в виде описания: «Сейчас я чувствую… Это похоже на то, что вы испытываете? Давайте исследуем, что происходит между нами».
Приглашение на курс
«Мертвая петля» — это симптом. За ним всегда стоит определенный тип характера, в котором разыгрываются контроль, драма, самопоражение или уязвимость.
Если вы хотите:
«Контроль, драма, самопоражение и уязвимость»
4 семинара, 16 ак.часов.
Старт — 27 марта.
👉 Подробности и регистрация>>
Если вы хотите:
- научиться уверенно распознавать эти четыре феномена в характере клиента;
- понимать, как они формируются и проявляются в практике;
- осваивать стратегии терапии для каждого случая;
«Контроль, драма, самопоражение и уязвимость»
4 семинара, 16 ак.часов.
Старт — 27 марта.
👉 Подробности и регистрация>>
Контроль, драма, самопоражение и уязвимость
Как отражаются эти феномены в различных типах характера