СИСТЕМЫ ОДНОЙ
И ДВУХ СИЛ
В ТЕРАПИИ
Питер Филиппсон - гештальт-психотерапевт,
международный тренер и супервизор; учредитель
Манчестерского центра гештальт-терапии
Питер Филиппсон - гештальт-психотерапевт, учредитель Манчестерского центра гештальт-терапии
Существует определенная проблема в принятии терапии двух сил, которая заключается в том, что сравнительно легко проводить испытания подходов на основе одной силы (например, проверить эффективность медикаментов, которые приписывает врач), и сложно достичь “золотого стандарта” в исследовании, которое происходит в подходе двух сил, где каждый последующий шаг зависит от ситуации, требующей включения как клиента, так и терапевта.

Многие подходы в консультировании и психотерапии основаны на отношениях "одной силы" между клиентом и терапевтом.

Терапевт поддерживает клиента, предоставляя ему возможности в терапии (empower), подключается (attune to) к нему (Роджерс, Кохут и другие) или терапевт ведет клиента к лучшим вариантам его взаимодействия и понимания мира (поведенческие подходы, различные формы гипно- и стратегической терапии).

Фундаментальный реляционный подход в гештальт-терапии базируется на терапии "двух сил" (хотя появились и более поздние разработки).

В системе одной силы только один человек в одно и то же время наделяется силой: либо это всегда один и тот же человек, либо в разные периоды времени сила передается от одного члена семьи к другому, но никогда не разделяется.

Так, мы служим нашим родителям, чтобы поддерживать их функционирование, не думая о собственных потребностях, или мы становимся “сильными” людьми, чтобы наши родители не решали свои проблемы за наш счет.

В системе двух сил, каждый может быть сильным, здесь больше оживления, творчества и энергии, а также явных конфликтов. 
За мои тридцать семь лет работы гештальт-терапевтом, затем международным тренером и супервизором, мне стало понятно, что отношения "одной силы" в психотерапии и консультировании не случайны, а представляют собой последствие модели ранних семейных отношений у большинства профессионалов.

Терапевты тоже вышли из семьи одной силы!

Например, в моей семье мой отец погиб, когда мне было пять лет, и меня воспринимали как “мужчину в семье”, который должен позаботиться о своей матери. В моем случае мать была сильной женщиной, которой приходилось много работать, чтобы любить, кормить и давать кров мне и моему младшему брату. И моя забота о ней заключалась в заботе о ее эмоциональных потребностях, самостоятельному решению конфликтов, связанных с буллингом, и один раз я защитил ее физически от нападения.
Различные навыки, включая понимание всего их разнообразия и глубины, напоминающей колодец, являются важными навыками выживания, потому что нет другого способа, чтобы получить реальную картину любой сложной проблемы или системы. Человеку нужно иметь много глаз, ушей и сердец, занимающихся пониманием разных точек зрения. Как мы можем понять точную картину целого, если мы не ценим того, что каждый видит свое, в той мере, кем он является и какое место занимает в системе? Только тогда, когда мы осознаем разные перспективы, это позволит нам принимать хорошие решения. И исследование разных перспектив будет нас сближать.

 The World Cafe: Sharing our Future Through Conversations That Matter, Brown J.

Предисловие We can be Wise only Together,

Margaret J.Wheatley, 2005  

однополярные и двуполярные системы | СЕМИНАР ПИТЕРА ФИЛИППСОНА
Close
Для терапии не очень хорошо, когда клиент и терапевт имеют одни и те же слепые пятна. Тогда клиент и терапевт соединяются в этой слепоте через тренера или супервизора и теорию, которая поддерживает их работу.

Из многих обсуждений процесса терапии становится очевидным то, что контакт получается полнее, если мы, как терапевты, отказываемся от своего понимания и спонтанных реакций и подключаемся к пониманию клиента.

Терапия одной силы
Все аргументы, которые я слышал в поддержку сильной позиции терапевта, указывает на сложности клиента в том, чтобы бросить вызов авторитету терапевта. Пожалуй, соглашусь с тем, что клиенты, которые выросли в семье одной силы, в особенности, пережившие абьюз или насилие в семье, будут избегать демонстрировать себя другими, и даже будут избегать осознавать возможность существования другой модели отношений. Однако это не исчерпывающий аргумент, потому что терапевт имплицитно согласен с позицией того, что он/она сильный, а клиент - слабый, и терапевт может подавить клиента, если решит это сделать, но он сознательно этого не делает.
Люди, которые выросли в подобных системах силы, очень чувствительны к этому!

Тем не менее, они играют роль в этой пьесе, играя роль слабого, не показывая свою силу, и так решают свою проблему выживания, ради сохранения расположения терапевта.

Во многих психотерапевтических подходах, включая роджерианский и поведенческие подходы, терапевт воспринимается почти как великодушный помощник, который использует свои навыки, чтобы помочь клиенту. Если клиент не воспринимает терапевта в его помогающей роли, то это представляет собой проблему как для идентичности терапевта, так и для клиента.

В гештальт подходе и психоаналитических подходах к осознаванию предлагается тот факт, что для клиента терапевт может играть много ролей: помощник, родитель, любовник, предатель, эксплуататор и т.д. Исследование этих ролей и отношений является основой терапии. Запросы, с которыми люди обращаются в терапию, вызваны теми сферами, где им нелегко поддерживать контакт, который будет поддерживать их. С этим и происходит работа.
Терапия двух сил
Для того, чтобы работать в ситуации, где терапевт не должен восприниматься как хороший слушатель или учитель, клиент-терапевтические отношения должны состоять из двух сил, когда оба присутствуют и активны, каждый готов внести свой вклад в решение сложной задачи поиска друг друга. Тогда сразу становится понятным, что “поддержка” - это не то, что один человек (терапевт) предоставляет другому (клиенту), а это отношения, которые часто сложно установить, потому что есть много разных моментов, включая потребность клиента, чтобы ему помогли, и желание терапевта помочь.

К тому моменту, когда они придут к хорошим, контактным отношениям, терапию можно считать завершенной!


Приведу пример такой работы

В работе с клиентом, процесс которого можно описать как шизоидный, т.е. избегающий контактов с телом и близости, кажущейся им опасным, но способным на когнитивный контакт и обсуждение, становится понятным, что проблема находится как на стороне клиента, так и терапевта. Взаимодействие с этим клиентом на его уровне может вызывать прилив энергии и быть приятным, но ничего нового не появляется. И за пределами этого уровня терапевту непонятно, чем он может помочь. Клиент реагирует на эмоциональный или телесный посыл терапевта, как будто тот переключился на иностранный язык, которого он не понимает! К счастью, с ним эту ситуацию можно обсудить когнитивно, и обсуждение может привести к взаимному согласию на эксперимент в новой сфере, к примеру, включая прикосновение, ощущения, исследование физической дистанции и приближения.

Я вспоминаю другого клиента, которому я предложил выйти в сад, когда шел дождь, чтобы с помощью этой возможности окружающей среды он испытал другие ощущения. 
  
Клиент, о котором мы говорили ранее, согласился. С другим клиентом я предложил обмен сообщениями. Также был клиент, у которого только тогда появились эмоции, когда я принес извинения за то, что очень часто мы прибегаем к когнитивной модели, которая, как я понимаю, ему не помогает. Он очень испугался и думал, что я откажусь от него: я ответил, что скорее у него должны быть причины отказаться от меня, и он этим был очень растроган. 

Для меня это возвращает к реляционному смыслу “гештальт молитвы”. В применении к системе одной силы, она говорит о скрытом разделении людей. В системе двух сил она не является монолитной, а представляет собой набор реляционных действий, сначала разделяющих (“я делаю то, что я делаю; ты делаешь свои дела, а я - свои”) и затем контактирующих (“если мы встречаемся, то это прекрасно”), но нет гарантий (“если не встретились, то этому нельзя помочь”). Без первого действия невозможно второе, здесь возможны конфлюэнция или интроекция, но можно также сказать, что без первого, на второе нельзя рискнуть. Это точно по-Буберу, который говорил о первичном дистанцировании перед контактом, и о том, что контакт я-ты не может произойти, кроме как “через молитву”.

На семинаре "Однополярные и двуполярные системы" мы поговорим о позиции терапевта в системе двух сил, границах и возможностях такой работы.

Питер Филиппсон
психотерапевт, супервизор, экс-президент AAGT
Литература

1. Brown J, The World Cafe, SF, 2005

2. Fogarty M, Bhar, Creating the Fidelity in Gestalt Therapy, Gestalt Journal of Australia and New Zealand, 2015

3. Philippson P, Introjection Revisited, in Roots and Brunches, 2012

4. Yontef G, Philippson P, A Unified Practice, In Handbook of Theory, Research and Practice for Gestalt Therapy, 2008

5. Филиппсон Питер (2001). Self в отношениях: Добросвет, 2014.
РАБОТА С ПАРАМИ:
Однополярные и двуполярные системы

СМОТРИТЕ В ЗАПИСИ
Курс профессионального мастерства
Питера Филиппсона
© 2015 - 2021 All Rights Reserved.
По материалам встречи GESTALT INSTITUTE, POLAND, превод с англ.яз. Галины Савченко
Авторский курс Питера Филиппсона
Любое использование либо копирование материалов или подборки материалов сайта, элементов дизайна и оформления допускается лишь с разрешения правообладателя и только со ссылкой на источник: www.psy4psy.ru