20, 22, 24 апреля | техники и методы работы с сексуальностью | семинар-практикум Натальи Фомичевой
Close

Супермаркет эмоций. Алекситимия


канд.психол.наук Наталья Фомичева
по материалам лекции в рамках программы
"Образ тела: от ограничений к свободе"

Развитие ребенка и пищевое поведение | в записи Ведущая к.пс.н. Наталья Фомичева
20, 22, 24 апреля | техники и методы работы с сексуальностью | семинар-практикум Натальи Фомичевой
Close
Супермаркет эмоций
Алекситимия с греческого - «отсутствие слов для чувств». Этот термин был введен Сифнеосом (Sifneos, 1973). Сифнеос изучал психосоматические заболевания и обнаружил, что, когда мы имеем дело с человеком, у которого есть какие-то нарушения здоровья, обусловленные психогенными причинами, мы часто видим, что человеку сложно как воспринимать свои эмоции, так и их описывать. То есть у него отсутствует компонент вербализации, и ему сложно выражать эмоции экспрессивно.

Процесс "проживания" состоит из нескольких этапов.
Сначала отмечается, что внутри что-то происходит. Дальше мы это идентифицируем и понимаем, что это злость, или «похоже, что сейчас я расстроен». И дальше это каким-то образом выражается.

Интересно то, что никто из нас не может влиять на появление чувств, т.к. наши эмоции – это реакция на происходящее в окружающей среде. Мы не можем влиять на то, какое именно чувство возникнет. То есть, мы не можем выбрать, как в супермаркете – «Сейчас, пожалуй, я погрущу». Но мы можем выбрать канал выражения.

Часто от клиентов можно услышать: «Я хочу научиться контролировать свои чувства».
Обычно здесь предлагается: «Если говорить о контроле чувств, то единственное, что нам доступно для контроля - это выбор канала».

Как я это буду выражать. Когда я злюсь, я могу выбрать: открыто вступить в противостояние, пойти в спортзал и побить боксерскую грушу, покричать, подышать и визуализировать то, как с каждым выдохом из меня выходит злость. Но она уже есть. То есть, единственное, где нам доступен выбор – это выбор канала и уровня экспрессии. Я могу кричать очень громко или шипеть. И эта способность – это навык, который тренируется.

И действительно, когда мы долго работаем в русле развития навыков эмоциональной саморегуляции, нам становится доступна возможность не кричать сразу, а заметить, что возникает это чувство, понаблюдать за собой в этом состоянии и отреагировать более спокойным способом. Но для этого нужно пройти очень большой путь. То есть невозможно начать контролировать чувства на уровне их появления.
Эмоции – это неотъемлемая часть нашей жизни. Здесь мы будем говорить с клиентами о том, что мы можем ставить целью достижение экологического выражения чувств, но для начала нужно пройти этот путь начиная с того, чтобы замечать, что со мной происходит. И замечать не тогда, когда эмоции переполняют, а замечать, когда они только зарождаются.
Связь тела и эмоций
Стоит отметить, что Сифнеос работал с людьми с психосоматическими заболеваниями, которые описывались в рамках "большой семерки", предложенной Александером. То есть, туда относили людей с гипертонией, с язвенной болезнью желудка, с язвенным колитом, нейродермитом, с астмой, и иногда с тиреотоксикозом и ревматоидным артритом. То есть, пациенты, у которых ткани тела были достаточно сильно поражены.

Сейчас понимание психосоматических заболеваний значительно расширилось и у нас появились такие заболевания, как функциональные расстройства.

Итак, Сифнеос обратил внимание на то, что пациенты свои эмоциональные переживания сводят к физическим ощущениям, связанным с болезнью. То есть, они говорят о том, что «мне тяжело и грустно, потому что у меня опять болит желудок». «Мне обидно, потому что у меня опять скованы суставы и я не могу ходить».

Эта привязка эмоционального фона к телесным ощущениям – типична для людей с психосоматическими расстройствами. И то же самое вы можете наблюдать в клинике расстройств пищевого поведения, когда люди, например, с ожирением, ассоциированным с перееданием, будут говорить, что их чувства связаны с тем, что они сталкиваются со своим телом. То есть, тело какое-то очень толстое, неповоротливое, оно безобразное и это вызывает у меня чувства.

При булимии часто говорят: "мои переживания стыда и отвращения к себе связаны с тем, что я переела, ощущаю тяжесть в животе, и переживания о том, что я опять не могла сдержаться".

То есть, алекситимия – важный показатель того, что человек не допускает возможность, что эмоции могут существовать сами по себе. Они обязательно привязаны к какому-то телесному симптому и этот симптом является причиной этих эмоций. Скажем, такое понимание не совсем правильное.

Отчасти, конечно, если человек испытывает сильные боли, это рождает у него определенные чувства и эмоции, но это не определяет весь спектр его эмоций. И здесь важной задачей психолога является расширение представления о том, что эмоции – это оценочная реакция на окружающую среду.

Итак, в окружающей среде что-то происходит, в том числе в твоем теле, и все это вызывает эмоциональный отклик. Не надо все сводить только к телесным ощущениям.

Далее мы поговорим о типологии клиентов.
Типология клиентов
Говоря о трех категориях клиентов, понимаем, что человек не всегда будет подходить под эти определения.

Первый вариант - полное отсутствие чувств, когда клиент говорит: я вообще ничего не чувствую.

Это клиенты с высокой степенью рационализации, повышенной шкалой ригидности с высокой степенью импульсивности поведения: человек не успевает почувствовать, он просто все это проскакивает, начинает действовать. И в этом варианте эмоциональная сфера бедная, по-сути, сводится к раздражению.

Можно сказать, что этот человек постоянно чем-то недоволен, и все его слова сводятся к тому, что мир несовершенен, это все его раздражает, а выражать, как это раздражает, нельзя, поэтому это обнаруживается как фоновое недовольство.

Клиенты этого типа часто испытывают скуку и усталость, воображение недостаточно развито, для мышления характерно клиширование. Что касается творческой деятельности, то она ограничена, нет способностей к эвристическому мышлению, оно шаблонное, как по инструкции. И это оказалось только одной из характеристик.

В опроснике СМИЛ эти характеристики укладываются в характеристики первой шкалы - «шкала невротического сверхконтроля», и повышение по этой шкале дает именно такой профиль. С бедностью эмоциональной сферы, с фоном раздражительности и склонностью к морализаторству.

Это типичный профиль гастроэнторологических пациентов: язвенная болезнь желудка, язвенный колит. И сердечно-сосудистых заболеваний, особенно когда мы говорим о длительно текущих, например, ишемическая болезнь сердца. Это не означает, что алекситимия провоцирует язву желудка. Мы говорим о том, что есть корреляция. Часто они встречается вместе. И здесь нельзя говорить о том, что именно такой тип личности приводит к развитию именно такого заболевания.

Это лишь одна сторона медали. Наверняка вы видели людей с алекситимией, которые обладают очень хорошим интеллектом, и которые могут вам все объяснить. На каждый случай они могут привести множество рационализаторских конструкций. Именно рационализация как способ избегания эмоций при наличии алекситимии. В СМИЛе это шестая шкала, которая называется «ригидность».

При этом часто говорят о том, что эмоции не имеют смысла: «Какой смысл злиться? Это все равно ничего не изменит. Я лучше приму решение, все просчитаю, все варианты, каждый вариант просмотрю и уже исходя из этого, буду как-то действовать».

Я часто говорю клиентам, что в эмоциях нет смысла, не надо его там искать. Это наша реакция на окружающую среду либо на то, что происходит внутри нас, т.к. тело мы тоже считаем окружающей средой для психики. И в этом нет рационального смысла. Но это определенная часть нашей жизни, и здесь нам приходится принять тот факт, что периодически мы бессмысленно что-то чувствуем.

Второй вариант - доминирование одного-двух или максимум трех сильных чувств, то есть человек способен замечать, когда он в ярости, а вот когда разочарован – это слишком тонкое чувство. Он настроен только на интенсивные переживания, причем замечает негативные эмоции, скорее то, что он замечает, характеризует как негативное.

И здесь стоит сказать о дифференциации: в случае с клиентом, который не чувствует ничего, мы будем искать сначала хоть что-то. В случае с клиентом, который хоть что-то чувствует, будем дифференцировать, например, ту же эмоцию злости. Итак, вы чувствуете злость, она яркая, вы ее ощущаете таким образом, какие еще оттенки можете заметить? Можно эту злость развернуть от раздражения до негодования, ярости, гнева. Как они для вас различаются?

Можно, работая с чувством клиента, которое уже есть, рассматривать нюансы этого чувства. И далее смотреть, что еще можно развернуть.

Третий вариант - когда человек неправильно называет чувства. У него ощущения разные, а вербальный аппарат сводится к трем названиям: вот это - злость, и вот это - злость, и вот это - тоже злость. И тогда в работе, через телесные ощущения мы будем попробовать искать другое более подходящее слово к тем чувствам, которые испытывает человек.

Например, клиентка говорит: «Я сейчас чувствую злость». Я спрашиваю ее: «Скажи, пожалуйста, как ты ее в теле ощущаешь?» Она говорит: «У меня горят уши, и мне хочется сжаться и вообще провалиться». Тогда я могу ей сказать о том, что «когда ты описываешь эти ощущения, у меня возникает ощущение, что это про стыд». То есть, она замечает, что с ней что-то происходит, свои эмоции, но она их неправильно называет. По разным причинам - культурным, из-за воспитания и так далее. Например, стыд испытывать плохо, а вот грусть - можно.
Алекситимия как культурный феномен
Феномен алекситимии по-прежнему вызывает множество вопросов в исследованиях и практике. Один из таких вопросов - имеем ли мы дело со стабильной личностной характеристикой или это некая приобретенная история, с которой можно работать в рамках психотерапии? Или это, вообще, навязано нам культурой?

К примеру, впервые посетив Китай, происходит понимание, что китайцы по-другому проявляют чувства. И это часто вызывает удивление. Потому что для многих китайцев характерно непосредственное выражение чувств, как в детском возрасте. Например, китайца что-то разозлило, он сразу начинает кричать, шуметь, но через минуту злость прошла, он готов обняться. Потому что в их обществе это нормально, это принято.

В нашем обществе, условно воспитанный человек, не будет открыто выражать чувства и выдавать эмоциональную палитру. Поэтому, отчасти, в нашем обществе алекситимия является, в какой-то степени, социокультурным требованием.

Просто одни люди умеют находить баланс и способны с этим справляться. И другие, пытаясь соответствовать требованиям общества, травмируют себя.

Существует научная точка зрения, считающая алекситимию дефектом развития. То есть, это определенные нарушения эмоциональной сферы, которые связаны с низкой степенью организованности психики, ее незрелостью.

Человек не смог развиться в своем эмоциональном проявлении до уровня взрослого, затормозился на уровне ребенка и поэтому использует в качестве психических защит отрицание и проективную идентификацию.

Эта эмоциональная незрелость связана с ранними диадными отношениями, когда мать не создала пространство для отношений, либо присутствовали травматические отношения. Если мы будем более подробно обращаться к этим концепциям, в них говорится о том, что важным компонентом незрелости является развитие рефлексии. То есть, человеку нужно учиться описывать свои внутренние состояния, фокусироваться на них, находить для них слова.

Согласно теории психологии развития, рефлексия начинает развиваться в период 6-7 лет. После очередного скачка в развитии мозговых структур – ребенок переживает кризис развития и выглядит манерно, даже искусственно. В силу того, что у ребенка появляется больше осознавания того, что происходит внутри, это так называемые "метакогнитивные навыки", когда ребенок начинает описывать, что происходит внутри и понимать, как он функционирует с точки зрения психики. Однако способов для выражения пока недостаточно. Он не успел еще синхронизироваться. Поэтому можно наблюдать искусственность в проявлениях ребенка. И в целом считается, что возраст 6-7 лет – это возраст, в котором появляется возможность для рефлексии, и если к этому моменту ребенок подошел травмированный, рос в семейной модели, где, в принципе, было не принято говорить о чувствах и замечать, что происходит внутри, скачок в развитии мозга происходит, но навык не развивается, и в дальнейшем мы будем наблюдать прогрессирующее развитие алекситимии.

Поэтому теорий о причинах развития алекситимия несколько. Но все исследователи сходятся в том, что нарушение эмоциональной сферы приносит много проблем. Прежде всего, это влечет за собой проблемы, связанные с физическим здоровьем. Потому что, например, очень долгое хроническое торможение аффектов, может приводить к хроническим спазмам с болевыми синдромами. Также это приводит к нарушению отношений с другими людьми, потому что невозможно быть в нормальном контакте с человеком, если ты не понимаешь, что происходит с тобой и не можешь выразить свои чувства.

Многие люди так и живут, но они, как правило, не очень довольны. Поэтому, если встретились два человека с аликситимией, они могут достаточно долго прожить вместе, но много счастья у них от этого не будет. Это может приводить к нарушениям пищевого поведения.

Потому что еда – удобный инструмент эмоциональной саморегуляции, а когда других инструментов нет, то приходится довольствоваться этим. Опять-таки, мы не можем сказать, что алекситимия напрямую вызывает расстройства пищевого поведения. Однако она является значимым фактором.

И последнее - алекситимия приводит к снижению психологического благополучия. Потому что концепция психического благополучия, она сейчас активно изучается, особенно в КБТ третьей волны, потому что невозможно все время быть счастливым. И алекситимия делает невозможным достижение этого психологического благополучия, баланса, устойчивости и спокойствия. К тому же благополучие подразумевает наличие гибких адаптивных навыков: я могу справляться с тем, что приносит мне эта жизнь.

Вопросы диагностики
Если говорить про диагностику, существует торонская алекситимическая шкала TAS, она перевена на русский и адаптирована Бехтеревским институтом, то есть это рабочий инструмент, который можно использовать.

В практике индивидуального консультирования я предпочитаю использовать подобные опросники как основу для структурированного интервью. Поэтому можно посмотреть бланк опросника и включить выбранные вами пункты в сессию с клиентом. Психолог может диагностировать алекситимию по результатам, которые получены по СМИЛу и там важно все посчитать, чтобы получить определенные взаимосвязи. Поэтому здесь вы можете предлагать клиенту изначально это прораработать, а дальше уже рассказывать про профиль его личности. И зачастую, помимо опросников по алекситимии, используют, например, опросник Бека. Потому что депрессия и алекситимия – разные состояния, хотя они могут иметь схожее проявление.

При депрессии человек с большим трудом говорит о своих чувствах либо они у него какие-то очень однообразные. Но все-таки, по сути, это разные феномены. Поэтому важно провести диагностику алекситимии и депрессии или проявлений психопатологии.
С этой целью используются такие патопсихологические методики, как пиктограмма, исключение лишнего, простые-сложные аналогии.

И есть еще один важный момент: в работе с клиентами с алекситимией нам надо быть очень внимательными к невербальным проявлениям.

Потому что это тоже очень частая характеристика, когда невербальное поведение активное, а вербальных способов выражения нет. И у человека, например, сжимаются кулаки, напрягаются мышцы лица, он начинает рвать салфетки и что-то мять в руках и так далее. Невербальных проявлений много, и наша задача обратить на это внимание: Вот когда ты делаешь это, как тебе кажется, с чем это связано, какие чувства за этим стоят? «Никаких чувств, мне просто нравится рвать салфетки». «Хорошо, просто я замечаю, что это происходит каждый раз, когда мы говорим о твоей маме. Может быть, тебе нравится рвать салфетки, только когда мы говорим о твоей маме?»

Вот здесь вот этот вот момент, связанный с постройкой моста между тем, что я делаю и что я чувствую – это тоже важный элемент в терапии алекситимии. В терапии АСТ часто используется этот момент, когда клиент на вопрос: Что ты чувствуешь? Отвечает: Не знаю.
«Ок, а что тебе хочется сделать?» - чтобы через действие определить стоящую за этим эмоцию.

Потому что эмоция побуждает нас к определенным действиям и, понимая эту взаимосвязь, мы можем совершить обратное движение от действия: мне хочется ударить или мне хочется спрятаться. И через эти фантазийные действия можем прийти к тому, какая за этим стоит эмоция.
В рамках курса "Образ тела: от ограничений к свободе" предполагается теоретическая часть, практические упражнения, обсуждение, случаи из практики и супервизия.

Наталья Фомичева
к.пс.н., клинический психолог, сертифицированный специалист по работе с пищевым и сексуальным поведением
СЕКСУАЛЬНОСТЬ:
МЕТАМОРФОЗЫ ВЛЕЧЕНИЯ

ОЧНО (МОСКВА) | ОНЛАЙН

20, 22 и 24 апреля
25, 27 и 29 мая
Повышение компетенции психологов
при консультировании проблем сексуальной сферы:
дисгармонии пар, аноргазмия, снижение влечения

Ведущая к.пс.н. Наталья Фомичева
Статья в рамках программы
"Образ тела: от ограничений к свободе"
по материалам лекции к.пс.н.Натальи Фомичевой
© 2015 - 2021 All Rights Reserved. PSY4PSY.RU
contact@psy4psy.ru